Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

РЕЖИМ  РАБОТЫ  МУЗЕЯ:

ВТОРНИК-ВОСКРЕСЕНЬЕ 09:00 - 17:00

ВЫХОДНОЙ ДЕНЬ - ПОНЕДЕЛЬНИК

 

Контактный центр музея: 

+7 495 992-78-39

istr_lsm@mosreg.ru

 

ВОСПОМИНАНИЯ А.П. ЕГОРОВА

 

1985 год.

В течение года Совет ветеранов при Ленино–Снегирёвском народном музее Боевой славы (так выглядело название музея на вывеске над входом на территорию) обращался к различным инстанциям с просьбой придать музею статус государственного и освободить ветеранов от нелёгких забот по ремонту здания. Да и поток туристов возрастал.                                                             В конце концов было принято решение передать народный музей под крыло МОКМ - Московского областного краеведческого музея в городе Истра. В то время МОКМ занимался непосильной задачей по восстановлению разрушенного немцами Ново-Иерусалимского монастыря, в котором и располагался.

28декабря директор МОКМ Нижегородов Василий Фролович предлагает Егорову А.П., только что закончившему службу в СА, должность старшего научного сотрудника и одновременно заведующего филиалом Снегирёвского музея, названия которого ещё не придумали. Товарищ Егоров предложение охотно принял, поскольку с той войной у него очень много было связано.

1986 год.

13.01. состоялся приказ по МОКМ №3-К о назначении ЕгороваА.П. заведующим филиалом, но все в Снегирях сразу начали называть меня директором. Василий Фролович (дальше В.Ф.) представил меня Совету ветеранов, Семён Васильевич передал мне ключ от входной двери, и начались трудовые будни. Считаю своим долгом назвать, - жаль, что не всех, - ветеранов музея, тех, кто сначала учил ребят, а потом в освобождающихся классах располагал и хранил экспонаты - память о войне.                                                                                                                                                                    Маношин Семён Васильевич – директор, в 1942-м на доске переплыл (там, где теперь        мост) Керченский пролив.                                                                                                                                                                  Антонова Анна Николаевна – учитель математики, собиратель и хранитель всего, что поступало в музей. Она – душа музея. Уже тяжело больная, одинокая, приходила, чтобы написать поздравительные открытки ветеранам войны, с которыми музей поддерживал связь долгие годы. Дочка Оля умерла десятилетней, но успела высадить дубки вдоль дорожки, ведущей к братской могиле. Мы так и говорили: Олина аллея. Теперь это уже крепкие высокие дубы, память на долго.

   Майорова М.И. и Пономарева А.И. проводили огромную работу по поиску и учёту бесхозных захоронений времён войны и братских могил в Истринском районе.

Докучаева Е.Н. - вдова одного из трёх командиров полка дивизии Белобородова. Ещё при её жизни удалось перевезти прах мужа из Великих Лук и захоронить у братской могилы.

          Сразу возникла целая куча неотложных дел: набрать штат сотрудников, провести учёт имущества и экспонатов, убрать из здания местную библиотеку и районную фильмотеку, а также: сооружение туалета внутри здания для сотрудников и снаружи – для посетителей, монтаж противопожарной и охранной сигнализации, разобраться с газовым хозяйством. В залах зимой было холодно. Необходимо было к двум котлам найти и подключить третий. Разобраться с территорией. Здание было окружено деревянным заборчиком. Когда в Истре поднял документы о землепользовании, оказалось, что под мемориальный комплекс и будущий музей была отведена громадная территория. Местные жители считали её ничейной. На месте нынешних танков пасли коров. Позже из-за этого музей был втянут в серьёзную тяжбу.

Параллельно с хозяйственными делами музей принимал посетителей, проводил экскурсии, октябрята меняли свои значки на красные пионерские галстуки и клялись посвятить свою жизнь делу строительства коммунизма. Мне приходилось часто выезжать в Москву для пополнения коллекции. Запомнились встречи с начальником политотдела дивизии Бронниковым, с редактором дивизионной газеты Беловоловым, который передал музею несколько газет за ноябрь 1941-го года. Конечно сразу встал вопрос о замене школьной экспозиции. Тут без помощи МОКМ нельзя было никак обойтись. В.Ф. подключил опытного специалиста Алексееву Наталью Михайловну, затем связал меня с художественной мастерской на Сретенке. С двумя художниками был заключён договор на выполнение проекта по созданию единого мемориального комплекса, включая танк на пьедестале, экспозицию в здании, братскую могилу и мемориал погибшим здесь воинов с вечным огнём. О площадке с техникой, кстати, речь и не велась. Братская могила тогда представляла собой обычное, как и по другим деревням, зрелище: три ряда заборов, плита с текстом, фигура солдата, покрытая бронзой. Кругом -  деревья, иные в два обхвата. Проект был готов только к концу года, утверждён на заседании худсовета, приступили к реализации после нового года.

1987 год.

Пора поговорить и о танках. 27 мая в музее впервые появился Усаневич. Игорь Владимирович (дальше по тексту И.В.) поведал мне, что поисковиками в Нахабино на территории в/части, являющейся филиалом Военно-инженерной академии им. Карбышева, найдены в болотистой местности три уникальных танка – два Шермана и Тигр, что их якобы могут пустить на металлолом и поэтому - надо спасать. И ставить есть куда, и музей военный. Я сразу отказался. Забот хватало -выше крыши. Но до меня ещё не дошло, с кем имею дело. И.В. сам был как танк. Это был человек, одержимый трофейной техникой. В его квартире в кладовке милиция потом нашла целый склад. Грозила статья. Спасло то, что он якобы собирал для музея. Потом нам что-то из трофеев и досталось. Перед тем как явиться в музей, И.В. атаковал местное руководство в Истре. Он предлагал устроить на краю оврага в парке имитацию танкового боя. Там посчитали, что это утопия. Шла перестройка, было не до танков. Теперь И.В. взялся за меня. До осени я как-то сопротивлялся. Потом потихоньку «идея стала овладевать массами». Почему бы и нет? Удастся перетащить тигр, - музею будет большая польза. Поехал в монастырь. В.Ф. подумал-подумал и решил: если не будешь очень приставать с деньгами, дерзай. И больше налегай на то, какой у тебя музей, - это поможет. Директор тоже был офицер-отставник, и мы были во взаимных симпатиях. Где-то в ноябре, когда приморозило, поехали с И.В. в Нахабино, конечно, на электричке. Машин у нас не было, только велосипеды. На велосипеде потом его и сбил грузовик. Пешком дошли до части, пролезли в дыру в колючке. Первым делом я к тигру. Вижу – сидит он почти до башни в трясине. И говорю: Игорь, нам его не вытащить. А он: нам – да, а военные вытянут, у них такая техника! Они же - инженеры!

1988-1989 г.г.

Ушёл год на то, чтобы командир части получил приказ передать музею танки и помочь с доставкой их в Снегири. Пришлось подключать ветеранов, обращаться в штаб МВО на ул. Осипенко. Первый Шерман встал на площадку у музея 28декабря 1988года. С тигром дело было сложнее. В в/части не нашлось нужного крана. Пришлось искать в Москве. В столице оказалось в то время только два японских крана КАТО, способных поднять 40 тонн с большим вылетом стрелы. У начальника автоколонны, что у платформы Дмитровская (сейчас на этом месте строят высотный дом), в войну погиб брат. Это стало последней каплей в моих просьбах дать на весь день кран с опытным расчётом. 14января тигр опустился на плиты рядом с Шерманом. Мы с Игорем пожали друг другу руки. Это была победа!   Второй Шерман удалось перевезти только через два месяца 17марта. Успели до распутицы.  11 мая Сергей Цветков привёз на грузовике из Новгорода лёгкий танк Т-26. Наступил перерыв в пополнении площадки техникой.

Отдельный разговор о Цветкове. Сергей оказался очень амбициозным человеком. Ему очень хотелось создать свою площадку с техникой периода Отечественной войны, даже если приходилось идти на обман. Так получилось с танком Т-26. В Новгороде, как оказалось, он выпросил танк у поискового центра «Мясной Бор», который шёл по следам окружённой весной 42-го года 2-й Ударной армии. При этом Цветков заверил руководителя Центра, что Т-26 он везёт для нашего музея, на самом же деле танк готовил для своей самодеятельной группы «Экипаж».

1990 год.

            Вечером 27 октября 1990года Сергей подогнал к музею необходимую технику, загрузил «свой» Т-26, а заодно и один из Шерманов и увёз танки в неизвестном направлении. Сторож растерялся, до меня не дозвонился (меня не было в Снегирях), не смог противостоять напору авантюриста, который размахивал липовым актом. Мне срочно пришлось ехать в Новгород, где мне сразу выдали нужный акт на владение музеем многострадального танка. После долгих поисков оба танка были обнаружены на территории завода «Калибр», что недалеко от Белорусского вокзала. Директору завода пришлось показать фото Шермана. На стволе пушки чётко было видно отверстие. Только тогда директор сдался и согласился на возврат техники. В журнале «Огонёк» потом была напечатана моя заметка с описанием этого происшествия. В этом году пришлось пережить серьёзный конфликт с жителями расположенных поблизости домов. Не хотелось расставаться с зеленой лужайкой. Нашлись подстрекатели, которые использовали установку танков как предлог, мол они напоминают пожилым ветеранам о страшном прошлом, не дают спать. Писали жалобы. Устраивали сходки. Призывали депутатов разных уровней. Но и с этим справились.

Тем временем дела в музее шли по намеченному плану. Всё задуманное выполнялось.                     6 июня 1990 года состоялось заседание Художественного совета, который постановил, что музей готов выполнять поставленные перед ним в 1966-м году задачи.

1991 год.

1 февраля 1991г. Распоряжением №38-р г. Москва Ленино-Снегирёвский военно - исторический музей передан Истринскому отделу культуры горисполкома.                                 И того же 1.2. 1991г. Егоров А.П. переведён на должность директора  музея.

Наконец я стал официально директором. Но недолго я им пробыл. Во-первых, резко изменились семейные обстоятельства. Во-вторых, осталось выполнить большое дело – площадка техники. А уж с этим лучше Усаневича справиться тогда     никто не мог. Уговаривать его долго не пришлось.       

1.01.1992г. я передал ему должность.

                                                                                                  Егоров А.П.